В 2026 году году школа № 2 отметит свое девяностолетие. Теплыми воспоминаниями об учебном заведении делятся его выпускники
В 1973 году, когда по возрасту я должна была пойти в первый класс, со мной произошла неприятность, оставившая мне на память на долгие годы шрам на колене. В конце августа, бегая с друзьями по крыше нашего родного детского сада, я упала и сильно распорола ногу. Рана оказалась достаточно серьезной, пришлось зашивать в больнице.
И следующие полтора месяца я передвигалась на коляске и регулярно ездила в больницу на перевязки. А причиной происшествия стало горлышко стеклянной бутылки, которое кто-то оставил торчать из земли прямо среди травы… Этот случай стал своеобразным знаком судьбы, показавшим мне на будущее, что медицина – это не моя история.
В результате, когда все мои сверстники уже учились в первом классе, родители решили отправить меня в школу лишь на следующий год. Таким образом, я пошла в первый класс осенью 1974-го в ближайшую школу № 2. Тогда это было небольшое двухэтажное здание, но для нас, детей, школа казалась огромной. Здесь раньше учились моя мама, двое моих двоюродных братьев, а тетя работала тут же преподавателем младших классов. Моя судьба, кажется, была предопределена заранее.
Буква моего первого и последующих школьных классов была «А». В те времена мы не знали, как распределяют учеников, много позже стало понятно, что классы формируются не случайно, ученики распределяются между педагогами. Моим первым учителем стала Ксения Николаевна Царицына – удивительно добрый и чуткий человек. Слушать ее уроки было истинным удовольствием! Надо сказать, я была не первым членом нашей семьи, обучавшимся у этого педагога: мой старший брат тоже учился у нее. И когда мы стали взрослыми, наше отношение к учителю было схожим – искренняя благодарность!
В моем классе было несколько ребят, с которыми мы вместе ходили в детский сад, и отношения с ними формировались именно тогда. Со всеми остальными знакомилась постепенно в ходе учебы. Помню, уже с первых школьных мероприятий мне доверяли читать монтаж стихов. Это было очень ответственно и интересно.
Поскольку я была не особо шустрой, то во втором классе самостоятельно приняла решение пойти учиться кататься на лыжах. Вот так прямо и сказала родителям: «Хочу кататься на лыжах!». И как же мне это помогло в последующем!
Занимаясь лыжной подготовкой, я поняла, насколько полезно такое увлечение. Оно дисциплинирует, закаляет характер, вырабатывает выносливость. И когда наш класс ходил на уроки физкультуры, мы с одноклассником Ромой Бочаровым, уже с легкостью выполнявшие нормативы, без проблем все сдавали и уходили с чувством выполненного долга.
Класс у нас был большой, ребята собирались в группы по интересам. Но поскольку я сама была человеком самостоятельным и немного обособленным, то ни в одну компанию не входила, оставаясь скорее одиночкой. В четвертом классе я почти на год уезжала из города, и за это время совсем отвыкла от одноклассников. Возвращение оказалось непростым испытанием, тем не менее, вернувшись в свой же класс, продолжила учебу и занятия спортом.
В пятом классе, как это всегда бывает, происходит некоторая передислокация учеников: кто-то покидает школу, приходят новички. Начинается путешествие по классам, появляется новый классный руководитель, и школьная жизнь выходит на другой уровень.
Наш классный руководитель, Надежда Максимовна Толстова, казалась мне воплощением красоты и профессионального мастерства. Она завоевала любовь всего класса без исключения. Не могу вспомнить ни одного случая, чтобы кто-то обиделся на ее замечания. И если она повышала голос, это воспринималось с теплом и душой.
Надежда Максимовна вела уроки математики, и хотя этот предмет мне давался со скрипом, я все равно старалась как могла. В отличие от алгебры, более успешной я была в геометрии. Отдельное удовольствие доставляло черчение – оно стало моим любимым предметом, и меня даже отправляли на районные конкурсы. Считать на калькуляторах нам не разрешали, да и в те времена они были редкостью.
Мне всегда нравилось и сейчас нравится визуализировать предметы в разных проекциях, чему нас и учила Надежда Максимовна. Причем не могу вспомнить, чтобы кто-то называл ее иначе. Были в ней особая стать и достоинство, будто унаследованные от родителей, сосланных некогда в Алдан. Она не разделяла учеников на отличников и середнячков. Однажды мы с нашей Таней Фалиной оказались у нее дома, рисовали стенгазету, и это было исключением из правил, ведь нас впустили в личное пространство! Мы с Таней рисовали и испытывали огромную гордость! Жизнь тогда казалась простой и непритязательной. Учителя воспринимались близкими людьми, общение было искренним и уважительным. Наш классный руководитель оставила неизгладимое впечатление на всю мою жизнь после окончания восьмого класса.
Когда нам выдавали характеристики, Надежда Максимовна оставила меня в классе и провела откровенный разговор. «Вера, у тебя непростая жизненная история, все в этой жизни приходится выгрызать и добиваться самой, но тебе эти навыки помогут в будущем». И каково же было мое удивление, когда, получив на руки свою характеристику, я прочла: «Все, чего Вера добилась к окончанию восьмого класса, она достигла своим трудом»! Боже, кажется, тогда у меня появились силы и вера в себя! Поняла, что упорством и работой над собой можно достичь многого! Всегда вспоминаю тот вроде бы простой разговор.
Уже будучи сама педагогом, я активно применяю эти методы и приемы. После ухода из родных школьных стен осознаешь ценность полученных знаний совсем иначе. Я поняла это особенно остро, когда начала писать первые контрольные работы в своем ленинградском училище. Тогда впервые почувствовала сожаление, что не поступила сразу в техникум. Ведь благодаря своей тяге к знаниям и упорству могла бы вполне успешно это сделать.
Еще хочется вспомнить о своих учителях физики Тамаре Михайловне Машуковой и Ольге Васильевне Никоненко, учителе продленного дня Октябрине Федоровне Машуковой с ее очень харизматичным голосом и ароматом крема для рук «Утро», который все, наверное, запомнили. Уроки труда вели Валентина Михайловна Лопатина, класс которой располагался в отдельном здании – столярке, куда мы бегали через школьный двор на уроки, и фронтовик Николай Кузьмич Кокшаров, которого между собой по-свойски звали просто «Кузьмич», он вел занятия у мальчиков. А еще нельзя не вспомнить совершенно чудесного учителя литературы и русского языка Зою Михайловну Помазкову. Даже дети, не учившиеся в ее классах, слушали под дверями кабинетов ее уроки литературы. Как бы мне сегодня хотелось поговорить с ней о литературе и поэзии! Предполагаю, что у меня зерно любви к слову зародилось именно в стенах нашей старенькой школы. Мои первые стихотворения опубликовали в районной газете «Алданский рабочий», и это показалось мне тогда удивительно странным событием, ведь я была всего лишь пятиклассницей. Всегда я делала грамматические ошибки, хотя сочинениям моим часто выставляли четверки и даже пятерки за содержание. Позже, уже студенткой педагогического вуза, я узнала, что подобное свойственно многим творческим натурам.
Не помню, как так получилось, что меня выбрали исполнять песню «Когда уйдем со школьного двора» вместе с хорошистами и отличницей, хотя я таковой не была. Эта песня настолько тронула меня, что глаза наполнились слезами, однако я смогла допеть ее до конца.
Видимо, наши учителя видели и слышали нечто особенное в нас, юных и несмышленых. Школьные годы завершились в 1982-м, но память осталась навсегда.
Ребятам, которые сейчас учатся в нашей школе, желаю веры в собственные силы и внимательного отношения к словам педагогов. Как говорил великий полководец Александр Васильевич Суворов: «Тяжело в учении – легко в бою». Добавлю от себя: тяжело в школе – легко в жизни. Наш самый серьезный противник – мы сами.
Вера Тихонова (Анна Зимняя).